НХЛ со Славой МАЛАМУДОМ

СТАРЫЙ НОВЫЙ КОВАЛЬЧУК

     У Ильи Ковальчука все по-старому. Он снова забьет свои 40 голов в сезоне,
можете в этом не сомневаться. И возможно, что наберет 90 очков. И не сыграет в
плей-офф. И поедет на чемпионат мира (если травма, полученная на днях, не
окажется серьезнее, чем предполагалось), и обязательно, непременно станет там
объектом самого пристального внимания болельщиков. Несмотря даже на вечную
индульгенцию, выстраданную двумя голами в квебекском финале. Просто такой он
человек, Илья Ковальчук - на него нельзя не обращать внимания. Забивает ли он
голы, “сачкует” ли в защите, мирит ли Овечкина с Малкиным или обменивается
парой ласковых через прессу с тренерами сборной. Все по-старому: Илья - яркая
личность. Почти как свой навороченный автомобиль ярко-голубого цвета, которым
он распугивает бестолковых атлантских водителей.

     И все-таки он изменился. Он старше, спокойнее, мудрее. Было время, когда
рекруты “Армии Ковальчука” (сборище наиболее бешеных фанатов “Атланты”) по
сравнению с ним показались бы обитателями любимого клуба Майкрофта Холмса. А
теперь их плакат с надписью “Капитан, капитан, улыбнитесь!” вызывает у него
именно это - спокойную улыбку. Впрочем, все это нормально. Жизнь идет своим
чередом, безбашенные парни становятся дважды отцами, у голубых “бентли”
кончается бензин. К тому же Ковальчуку нужно будет очень постараться, чтобы
запомниться всей хоккейной России кем-то другим кроме сошедшего с ума от
радости триумфатора Квебека. Жизнь меняется, а Ковальчук еще долго будет
оставаться Ковальчуком.

     - Отлично помню ваши первые годы в НХЛ. Помнится, однажды вы сказали, что
тренеру “Эдмонтона” Мактавишу выбили все мозги, когда он играл без шлема…

     - А, ну да…

     - Чуть позже был указательный палец, направленный к Кросби, когда тот
сидел на скамье штрафников. А сейчас, как мне кажется, вы здорово изменились.
Посерьезнели, что ли, успокоились. Эмоции так не демонстрируете.

     - Кто, я?! Да просто случая, наверное, давно не представлялось. Нет, я
остался прежним и ничего в себе не менял. Я просто всегда действую по ситуации.
А ситуации случаются разными. Если того требует момент и я считаю нужным что-то
сделать, то делаю. Не беспокойтесь, от своих слов и действий я не отказываюсь.

     - Вы играете в команде, которая не претендует на выход в плей-офф…

     - Как так?! Шансов немного, но они всегда есть. Будем такие вещи говорить
после сезона. За восемь-десять игр много что может поменяться.

     - Мне просто хотелось сказать, что, наверное, легче быть звездой и
подыгрывать прессе, когда вы играете в составе лидера.

     - Да нет, самое главное - всегда быть самим собой. А подыгрывать никому
не надо, и я никогда в жизни этого не делал. Подыгрывают другие. Будешь собой,
причем в любой ситуации, и люди будут тебя уважать. А будешь подыгрывать -
будешь выскочкой.

ЧТО БОЛИТ У КРИКУНОВА?

     - Есть игроки в НХЛ, которые вас раздражают?

     - Я безумно всех уважаю. И тех, против кого играю, и тех, кто у меня в
команде. Хоккей, особенно в НХЛ - очень тяжелый вид спорта. Во время игры все
врезаются друг в друга на бешеных скоростях, а после игры жмут друг другу руки.
Взять тот же момент, когда я показывал пальцем на Кросби. Вы думаете, я что-то
хотел ему этим сказать? Да нет, просто эмоции. Кросби - это Кросби, а Ковальчук
- это Ковальчук. Он удалился, я забил гол и показал ему: “Вот, я забил гол”.
Вот и все.

     - Разве это не тот случай, когда соперник вывел вас из душевного
равновесия?

     - Наверное, в игре там что-то случилось. Эмоции это все. В хоккее нельзя
быть амебой, нужно быть эмоциональным игроком. Если ты будешь равнодушен, то
лучше сидеть дома и смотреть телевизор. И то не все каналы, а то
разнервничаешься.

     - Яромир Ягр недавно сказал, что Ковальчука можно будет назвать великим,
только когда он выиграет Кубок Стэнли.

     - Совершенно верно сказал. Хотя не только Кубок Стэнли. В моем, скажем,
понимании Олимпийские игры - выше. Маленький первый шажок я к этой цели сделал,
когда мы выиграли чемпионат мира. Думаю, что и впереди у нас много побед.
Команда молодая, талантливая, шансы у нас хорошие.

     - Игра за сборную лично для вас связана с нелегкими временами…

     - Да нет, мне никогда не было трудно играть за сборную. Для меня это
большая честь, и я всегда играю с удовольствием. Это все пресса начинает
придумывать, и меня это интересует меньше всего. Я выхожу, делаю свое дело, и
мне не важно, забил ли я гол, сделал ли передачу или просто поймал на себя
шайбу. Если выиграли - я очень счастлив.

     - Были случаи, которых пресса не выдумывала. Ваши разногласия с Виктором
Тихоновым, например.

     - Это были эмоции. Он великий тренер, как можно его в чем-то обвинять? Он
вырастил столько чемпионов… И что по сравнению с этим: “Ковальчук сказал про
Тихонова”? Ну, сказал. Это было мое личное мнение, которое мне высказывать
никто не запрещал. Это никак не умаляет его величия.

     - С Крикуновым тоже были проблемы. Он обвинял вас в том, что вы только
делаете, что ходите по барам.

     - Крикунов много чего говорит. В Квебеке он и про канадскую сборную
сказал, что они пропили весь чемпионат. У кого что болит, тот о том и говорит.

ФИЛОСОФИЯ ПО ЖИТНИКУ

     - И все-таки… Пусть даже не со сборной, но с болельщиками у вас
отношения были сложные. Разве не согласитесь?

     - Да, соглашусь. Но в этом нет ничего страшного. Болельщики в один день
критикуют, а в другой превозносят.

     - Далеко за примерами ходить не надо: Квебек-2008. Было много и того, и
другого.

     - Но не внутри команды. Болельщики, может быть, все меряют голами и
думают: “Вот, он вполноги играет, ему только деньги в НХЛ интересны”. Но меня
интересует мнение тех людей, которые знают меня близко.

     - В Квебеке вы, пока не забивали, стали тафгаем.

     - “Тафгаем”… Вот, тоже сделали из мухи слона. Просто в этом моменте мне
не хотелось, чтобы обижали нашего капитана.

     - Так это и есть определение термина “тафгай” - игрок, который защищает
своих партнеров.

     - Поверьте мне, я далеко не тафгай. Просто делаю то, что считаю нужным.

     - А как вы отреагировали на взрыв любви к себе после победного гола? Не
было желания сказать: “Вот видите же! Что ж вы меня раньше-то…”?

     - Нет. Понимаете, я не такой человек… У нас в “Атланте” одно время Леха
Житник играл, так он научил меня местной поговорке: “Don’t be too high, don’t
be too low”. В смысле, не пари слишком высоко и не падай слишком низко. Всегда
чувствуй меру: и когда празднуешь что-то хорошее, и когда переживаешь из-за
плохого. Поэтому я был просто рад за болельщиков. Получили наконец-то
удовольствие, смогли попраздновать с нами.

     - Илья, говорите, что хотите, но Ковальчук образца 2001 года никогда не
сказал бы так. Вы тут просто Барака Обаму цитируете, с этим “too high, too
low”. Это на вас семья так подействовала?

     - Да нет, жизнь просто. Стал повзрослее, переосмысливаю кое-что,
продумываю свои действия на несколько ходов вперед.

     - То есть, нынешнее звание национального героя России на вас не очень
действует?

     - Это приятно, конечно, но ведь жизнь на месте не стоит. Да и вообще,
хоккей - командный вид спорта. Ну, забил Ковальчук. А Семин не забил двух
голов? А Терещенко не забил гол, который переломил ход матча?

     - Кстати, еще вот. Вы выиграли чемпионат мира впервые за 15 лет. Овечкин,
Ковальчук, великолепная победа… А потом футболисты дошли до полуфинала
чемпионата Европы, где крупно проиграли Испании, и это вызвало куда больший
фурор. Не задевает?

     - Футбол - вид спорта номер один. В него ведь легче играть, чем в хоккей.
Шорты и футболку себе кто угодно может позволить, а хоккей - дорогой вид
спорта. Нас встретили превосходно. Президент, премьер-министр, подарков нам
нараздавали, дали заслуженных мастеров спорта тем ребятам, у которых еще не
было этого звания… Всего этого предостаточно.

     - А ваш “мерседес” еще там, в России?

     - Да, там стоит. Буду на нем ездить в межсезонье.

     - А ваш знаменитый на всю Атланту голубой “бентли” еще на ходу?

     - Пока да, но скоро и он уедет в Россию. Товарищу подарю.

     - Новую покупаете?

     - Ну вот, вы мне такие вопросы задаете, а потом в России скажут:
“Зажрались они там, только и делают, что машины меняют”.

     - Отчего же? У вас двое детей. Может, вам микроавтобус понадобился.

     - Ага. Или трейлер.

ТОЛЬКО НЕ О ДЕВОЧКАХ

     - Вы в НХЛ уже давно, все время в одной команде, которой отдали все. Ваша
награда за это - четыре проигрыша в плей-офф-2007. Я все понял про “too high,
too low”, но постепенно груз разочарований должен давить сильнее и сильнее.
Разве не так?

     - К сожалению, не все зависит от одного игрока. Вот, я сейчас опять
вернусь к тому же: “Это командный вид спорта”. Что тут можно сделать одному?
Будем надеяться, что в нашем клубе что-то поменяется в лучшую сторону. У меня
еще один сезон с этой командой, и никаких планов что-либо кардинально менять
пока нет.

     - Я заметил, что на Матче звезд вы очень много общались с Дэни Хитли,
своим давним другом и бывшим партнером по команде.

     - Хитли - отличный парень, он здорово помог мне, когда я приехал сюда.
Можно сказать, мы выросли вместе как игроки НХЛ. Жили вместе на выездах и
вообще были очень близки. В мой первый год я был единственным русским в
“Атланте”. Пришлось учить английский любым доступным способом. Хитли тогда
подарил мне английскую азбуку. В ресторанах, бывало, я не мог даже сделать
заказ, так он всегда помогал.

     - Тогдашний ваш тренер удивлялся: “Эти два новичка на каждой тренировке
уходят со льда последними!”

     - (Смеется.) Это потому что мы в отличие от остальных высыпались. У нас
обоих было правило: спать по два-три часа перед каждым матчем.

     - О чем говорили в Монреале?

     - Обо всем. А о чем друзья говорят? Только не о девочках: у него
постоянная подруга, а я женат. Запретная тема.

     - Не хотелось бы снова сыграть с ним в одной команде?

     - Кто знает, что случится. Он здорово играл в “Атланте”, а потом
случилась эта авария, и ему нужно было сменить обстановку… Скажу, что мне с
ним в одном звене действительно игралось очень хорошо. Хитли отлично пасует.
Сам-то я не очень хороший распасовщик… Я понял, о чем вопрос. Сейчас поговорю
с Дэни, чтобы он попросил обменять себя в “Атланту”.

     - В начале этого сезона был момент, когда вы тренировались в красном
свитере четвертого звена. Почему так?

     - Да нет, это недоразумение. У нас в Атланте есть только один хоккейный
репортер, и он просто не разобрался. У нас нет “свитера четвертого звена”.
Кто-то ему что-то не так сказал, или он сам перепутал. Я как играл по 25 минут
за матч, так и продолжил играть. Если четвертые звенья везде играют по 25
минут, то я уж и не знаю, что сказать.

     - Овечкину свои 25 минут в “Вашингтоне” наверняка даются легче, чем ваши
25 минут в “Атланте”, которая в этом сезоне перешла на “капканный” стиль.

     - Это к тренеру вопросы. Тренеров не выбирают. Тебе что-то говорят, ты
пытаешься это делать…

     - Вы же не станете утверждать, что это близкий вам стиль. Вы не
“капканный” нападающий.

     - Тренер подстраивает всех игроков под свою концепцию. Просто у нас было
много игр, которые мы проигрывали в одну-две шайбы, и все решалось на последних
минутах. Надо было дисциплинированнее играть в защите. И вообще я не скажу, что
у нас какой-то там кошмарный сезон. Вот “Сенаторы” играют в Канаде, а мы - в
Атланте. Я думаю, у них сезон сейчас потяжелее хотя бы и из-за этого… В
общем, о будущем я пока не думаю. В Атланте, повторяю, мне нравится, и я
надеюсь, что останусь там. Но, сами понимаете, это бизнес. Посмотрим.